Самолет приземлился. Через несколько минут пассажиры начали выходить, а некоторые выползать, на свежий воздух. Это был гамбургский рейс. На часах было около семи часов вечера. Прошло три дня с тех пор, как Зонненшайн свалил в Ноймюнстр. Намереваясь пробыть там неделю, он не выдержал и, доделав ремонт матери и написав ей письмо, сел на поезд до Гамбурга и уехал. И вот на этом самом самолете Тимон прилетел назад в Берлин.
- Ах... А все-таки я рад, что вернулся в Берлин... - была его первая мысль, когда он вышел из самолета.
- Еще бы ты не был рад... Позавчера напился с дружками в зюзю. Вчера чуть не открыл уже закрытый купальный сезон... Тут тебя хотя бы есть кому контролировать.
- Совесть, не наглей!
- Я не наглею, а лишь скромно пилю тебя.
- Спасибо. Очень тебе благодарен за это!!!
В то время, пока он вел данный диалог со своей совестью, он добрался до выхода. Поправив сумку на своем плече, Тимо огляделся по сторонам. Неподалеку стояло несколько такси, причем все они еще были свободные.
Не.... После того, как я три дня провисел на турнике, побегал по утрам, поотжимался и покачал пресс, я лучше пешочком пройдусь... - ухмыльнулся Тимо и взял курс на свой дом.
- А ты - лузер! - вновь проснулась совесть.
- Тебе неймется что ли? О_о
- Да! Надо же тебя подоканывать...
- У тебя это хорошо получается... Кстати, почему я лузер?
- Потому что. Вот представь. как ты сейчас появишься на глаза Эшли... Или Тому. ну ладно Тому. Тот поймет и утешит, сводя в стрип-клуб. А Эшли?..
- Стрип-клуб - это хорошо. Пр! Стой! Ты чё мне советуешь? Тоже мне совесть. Фи!
- Не откланяйся от темы!
- Да не знаю я. Паршиво как-то вышло... У меня не получилось ей позвонить - у телефона батарейка села, зарядку я естественно забыл, а наизусть я её телефона не помню еще... Она тем более не могла мне позвонить... Надеюсь, Томат что-нить придумал в моё оправдание...
- Так всегда. только на других и надеешься.
- Да, я засранец! И горжусь этим - Тим провел рукой по лбу, отгоняя этот диалог с совестью, который его немного развеселил. До дома оставалось не так уж и много, поэтому Тимо прибавил шагу.